Проснёшься,
А давленье — двести
И в голове — вчерашний смог,
И провалиться мне на месте,
Что ты не в шутку занемог.
А ты и градусник поставил,
Поскольку шкура горяча,
И дядя самых честных правил
Явился в образе врача.
Чему и радоваться нам бы,
Но вспоминаешь, чёрт возьми,
Что жил создатель этих ямбов
Всего до тридцати семи!
