И вновь стихов приспели сроки,
заботы сжалились, и я
сижу, пишу свои вещдоки,
семидесятая статья.
И никаких тебе доносов
доброжелателей-писцов,
и никаких ночных допросов —
лишь стопка тонкая столбцов.
Пишу и знаю — быть мне биту,
и в лучшем случае для нас
по моему радикулиту
пройдёт дубинкою спецназ.
