Стоит простолюдин, смотря на эшафот.
Трясётся и дрожит до спазмов и до рвот.
Взойду я на него: Давай руби, палач!...
Коль есть за мной грехи...
Не плачьте!
Мать, не плачь!
Рубите же скорей! На плахе голова.
Секите же скорей поэта за слова!
... Прощение просить?! По совести - в отказ!
Рубите же скорей! Не будет больше фраз!
И площадь замерла... Палач поднял топор.
У матери в глазах увидел я укор...
Поэта не щадят за творчество, и вот...
Вот обморок... один... помыли эшафот.
