Музей Шансона
  Главная  » Архив  » Заметки  » Мой Высоцкий

Мой Высоцкий

25 января будущего года Владимиру Высоцкому исполнилось бы 74 года. Трудно представить себе его почтенным старцем. И не потому даже, что умер он молодым, а потому, что жил одновременно и в прошлом, и в настоящем, и в будущем, и, как сказал его товарищ-поэт, тесны ему любые рамки – временные и возрастные. Ровесник и почитатель Высоцкого, известный экономист и политик Гавриил ПОПОВ делится своими мыслями о Высоцком, который не только понял и высмеял уродство строя, при котором он жил, и предсказал его крах, но ещё и увидел невеселое российское будущее, которое теперь уже стало нашим настоящим

Высоцкий знал прошлое, которого он фактически не застал, так, словно он в нем жил. Никто, как он, полно не высказал народную правду о войне. В войне Высоцкого нет генералиссимуса, нет великих маршалов и генералов, нет официально увековеченных героев, нет и канонизированных побед. У Высоцкого война — это тяжёлый труд и огромная беда.

Сколько павших бойцов
полегло вдоль дорог -
Кто считал, кто считал!...
Сообщается в сводках Информбюро
Лишь про то, сколько враг потерял.

В войне Высоцкого — особист Суэтин — «неутомимый наш» (вся армия была напичкана особистами, заградотрядами и прочими сталинскими изобретениями) . И погибающие от удушья подводники. И штрафные батальоны — «Вы лучше лес рубите на гробы. В прорыв идут штрафные батальоны!» И Варшавское восстание, когда «наши корпуса в пригороде» ожидали, в то время как «восстание захлебывалось в собственной крови».

В войне Высоцкого — полные чемоданы трофейного барахла, которое милостиво разрешили отвезти домой демобилизованным солдатам, чтобы оправдать генералов, вывозивших чужое добро целыми вагонами.

В войне Высоцкого — девушка, пишущая молодому бойцу «ждать устала», и дом, куда возвращается инвалид с войны, а там уже за столом сидит «неприветливый новый хозяин».

Другая правда, которую Высоцкий нес всем нам, — народная правда о репрессиях.

И здесь он акцентирует внимание на народном видении репрессий: на мелочности, бессмысленности, случайности причин репрессий в сочетании с исключительной беспощадностью.

Эта жестокость говорит либо о крайней неустойчивости, слабости, маниакальном страхе советской власти за себя или же о ее изначальной античеловеческой внутренней сути. Скорее — и о том, и о другом.

Я вышел ростом и лицом –
Спасибо матери с отцом, -
С людьми в ладу — не понукал, не помыкал, 
Спины не гнул — прямым ходил, 
И в ус не дул, и жил как жил, 
И голове своей руками помогал...
Но был донос и был навет –
Кругом пятьсот и наших нет, -
Был кабинет с табличкой: «Время уважай», -
Там прямо без соли едят, 
Там штемпель ставят наугад, 
Кладут в конверт — и посылают за Можай.

Высоцкий радикально изменил наше отношение не только к репрессированным в годы Большого террора, но и ко всем осужденным советским судом. Среди них особое место занимают блатные.

К блатным Высоцкого привлекают независимость («И кто бы что ни говорил, я сам добыл и сам пропил»), право быть хозяином хотя бы самого себя («сегодня я со всей охотою распоряжусь своей субботою»), готовность постоять за себя («Со мною — нож, решил я: что ж, меня так просто не возьмешь») — словом, всё то, чего был лишён связанный тысячами официальных и неофициальных пут по ногам и рукам, на работе и дома, в мыслях и тем более в речах рядовой советский гражданин.

Высоцкий, написав правду о прошлом, сказал нам и правду о современной советской жизни.

В центре этой правды — простые люди.

Они у Высоцкого работают в поте лица, но работа для них — всего лишь способ добыть средства пропитания. Тех, кто работает «за идею», они, мягко говоря, не уважают:

У нас — стахановец, гагановец, 
загладовец — и надо ведь 
Чтоб завалило именно его... 
Вот раскопаем, он опять 
Начнет три нормы выполнять. 
Начнет стране угля давать –
И нам хана.

Народ Высоцкого аполитичен. Ему чужды идеи коммунизма. Он о них вообще не вспоминает. Народ Высоцкого предельно деидеологизирован.

Есть в жизни народа по Высоцкому опора — алкоголь.

После 1985 года все стали буквально захлебываться от речей по поводу пьянства. Ну, а во времена Владимира Высоцкого его клеймили за клевету на трудящихся. Но именно Высоцкий впервые показал, что алкоголь проник во все поры советской жизни и стал «фундаментом» советского образа жизни:

Мы дети страшных лет России, 
Безвременье вливало водку в нас.

Но Высоцкий видит тех, кто не спился и не сдался, будь то аллегорический прыгун в высоту, который прыгает «не с той» ноги, но ни за что «свою неправую правую» не сменит на «правую левую», или другой прыгун, в длину, который ставит феноменальный рекорд, стоит ему только «за черту заступить».

И, конечно, — иноходец, который хочет бежать вперед, но «не под седлом и без узды».

Один из ключевых образов Высоцкого — баня. Баня нужна и народу, и стране.

Нужно выпороть веником душу, 
Нужно выпарить смрад из неё,

Как многие из нас, Высоцкий прозревал и развивался как личность. Он честно признавал, что «зарубок не оставил Будапешт» и «Прага сердце мне не разорвала». Но он умнел вместе с народом.

Если бы оковы разломать –
Тогда бы мы и горло перегрызли 
Тому, кто догадался приковать 
Нас узами цепей к хвалёной жизни.

На главный вопрос эпохи — что делать? -Высоцкий дает четкий ответ: вырваться из каменного века, в котором мы живем. В условиях цензуры большего сказать было нельзя. Но что понимать под каменным веком — мы все знали.

Дети — все с царапинами 
И одеты куцо, -
Топорами папиными 
День и ночь секутся.

Скоро эра кончится –
Набалуетесь всласть! 
В будущее хочется? 
Да как туда попасть!..

.. .Наше племя ропщет, смея 
Вслух ругать порядки:
 В первобытном обществе я 
Вижу недостатки, -

Просто вопиющие –
Довлеют и грозят, -
Далеко идущие –
На тыщу лет назад!

Но как «выйти из палеолита» и попасть в заветное будущее, которое для всего остального человечества давно уже стало настоящим?

Ответ — в «Охоте на волков»: рвануть за красные флажки. Какой простой и емкий образ: красным была пропитана вся советская жизнь — знамена, галстуки, транспаранты. И бросок волка Высоцкого на красное означал: чтобы выйти из «палеолита», надо переступить красное.

Высоцкий предсказал крах советской системы. И он увидел, что могильщиком советского социализма станет тот, кто был его главной опорой — народ:

Волхвы-то сказали с того и с сего, 
Что примет он смерть от коня своего.

Летописный сюжет и пушкинский его пересказ зазвучали по-новому. Власть погибнет не от врагов — ни от внешних, ни от внутренних. Она погибнет от тех, кто нес ее на своем хребте, мчал к победам и спасал с поля боя.

В основных чертах у Высоцкого сформулирована и программа перемен — дан «перечень» того, что надо устранить из жизни:

Я не люблю холодного цинизма, 
В восторженность не верю, и еще –
Когда чужой мои читает письма, 
Заглядывая мне через плечо.

Я не люблю, когда наполовину 
Или когда прервали разговор. 
Я не люблю, когда стреляют в спину, 
Я также против выстрелов в упор.

...Яне люблю уверенности сытой, 
Уж лучше пусть откажут тормоза! 
Досадно мне, что слово «честь» забыто, 
И что в чести наветы за глаза...

И будущее после «выхода из палеолита» он тоже предвидел. Он предсказал, что Ложь захватит все одежды Правды, — то есть предвидел реванш номенклатуры.

Описывая победу в 1945 году, Высоцкий пророчески предупреждал нас об опасности реванша номенклатуры, которая тогда тоже в дни боев ретировалась в эвакуацию, а потом «осмотрелась, оклемалась» и «приватизировала» народную победу.

Так и после «боевого» августа 1991 года номенклатура бросилась на штурм власти. И взяла ее приступом и надолго.

А нам что остается? Тосковать по сверкающей изумрудным льдом Вершине.

Вершине, которую мы так и не покорили.

Гавриил Попов
Совершенно секретно, №11/15 декабрь 2011


Комментарии

Оставьте ваше мнение

Имя
Email
Введите код 8714

vk rutube youtube

Михаил Загот
Вадим Край
Юрий Морфесси
Дмитрий Тамбовский
Таня Славянская
 Мафик
Олег Протасов
группа Ори!Зона!
Михаил Дали
Евгений Кричмар

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой. И нажмите Ctrl+Enter
Использование материалов сайта запрещено. © 2004-2015 Музей Шансона