Музей Шансона
  Главная  » Архив  » Заметки  » Николай Йоссер: «Есть в Коми такой поселок - Йоссер...»

Николай Йоссер: «Есть в Коми такой поселок - Йоссер...»

Представлять любителям русского шансона Николая Йоссера как дебютанта, пусть даже трижды яркого и талантливого, просто язык не поворачивается, или рука не поднимается (в смысле, при наборе текста на клавиатуре) — этот автор не молод, а главное, не является начинающим, пробующим силы и т.п. То, что в его дискографии пока только один, изданный в текущем году альбом "Зима — лето", свидетельствует не о запоздалом приступе графомании у Николая, а лишь о неповоротливости отечественных издающих структур, только сейчас заметивших этого зрелого, неслучайного в жанре артиста. Реальная жизнь и песенная стихия для Йоссера, как для настоящего поэта и песнотворца, не разделены ни условными, ни реальными границами. Поэтому и живет, и пишет он внимательно, обостренно, замечая и формулируя то, чего непоэт попросту не видит, о чем лишь смутно догадывается. Для знакомства с Николаем Йоссером мы предлагаем вашему вниманию не традиционное в подобных случаях интервью, а текст в жанре "герой — сам о себе, своими словами, in his own words", плюс блиц-анкета, плюс слова одной из песен.

Настоящее имя: Николай Мор.
Год и место рождения: 1956 год, Ивановская область, местечко Пучеж.
Семья: разведен, есть сын и дочь.
Владение музыкальными инструментами: в совершенстве не владею ни одним инструментом, не в совершенстве играю на гитаре, бас-гитаре, фортепиано.
Генеральная творческая задача: продолжать писать и исполнять песни.
Идеал творческой личности: Владимир Семенович Высоцкий.
Опыт пребывания в "местах не столь отдаленных": нет.
Отношение к религии: православный христианин.

Есть в Коми такой поселок, Йоссер, где сидело много хороших людей, "политических", по 58-й статье. Ребенком побывал там с матерью. Такая вот история выбора сценического имени.

Пролетарское происхождение, суровое детство. То, что отец — немец, было тогда фактически клеймом. А учился в одном классе с детьми местной аристократии — сыновьями заведующего районо, директора льнокомбината. Ходил в фуфаечке за шесть рублей, завидовал мальчикам, которые ходили в пальто. Мы, те, кто в фуфайках, били их жестоко. Зайдешь к соседу, а у них там на обед котлеты, пюре. Зовут за стол, а я отказываюсь, гордый. А сам вкуснее жареной картошки ничего не ел, сливочное масло, помнится, в девять лет впервые попробовал.

Музицировать начал класса с восьмого. Как это было в то время? Играешь на гитаре — значит, нравишься девушкам. Чуть позже, может, в девятом классе, попробовал сочинять. Помнится, был у меня хороший знакомый, литератор, даже член союза писателей. Ему я и понес на авторитетный суд свои стихи. Он с ними ознакомился и сказал мне: "Тебе надо в ремесленное поступать". А он был крут, у него был "Иисус Христос — суперзвезда" на катушке! Обломался я тогда основательно. Но сочинять не перестал.

Как это бывает? Нахлобучит, тоскливо, сядешь на кухне, закуришь... Ведь в принципе сам ничего не сочиняешь, все до тебя уже сочинено. Просто открывается тебе, образно говоря, некий файл, и получаются стихи. Случается, что напишутся несколько хороших строк и лежат месяцами, продолжить, оформить в стихотворение или песню не выходит, как ни пытайся. Все, не прет, файл закрылся!

А музыкант — это ведь как врач, лекарь души. Есть мнение, что музыкант ближе к Богу, что он наделен способностью общаться не только обычными словами, но особыми колебаниями, звуками, вибрациями. Тот же Кришна кем был? Флейтистом, музыкантом! Люди из воровской среды именно так и любят поговорить с музыкантом — не по понятиям, а по душам. Перед братвой своей он так открыться себе вряд ли позволит! Меня блатные спрашивают: "Ты ведь, Колян, нары не нюхал. Откуда тогда у тебя такие песни?" И тут же сами рассказывают мне такие истории, которые так и просятся на бумагу, в стихи, в песню. Эти истории не могут не тронуть мало-мальски чуткого, а тем более творческого человека. Совсем не нужно быть близким к блатной среде, чтобы ощутить драматизм подобных рассказов. Случилось как-то, что вопрос по поводу "сидел — не сидел" был задан одним молодым братком не по-доброму, с наездом. Я тогда ответил: "Нет, молодой человек, не сидел. Но я уже был в твоем возрасте, а ты в моем не был".

Помню, я слушал "Чикаго", "Дип Перпл", джаз-рок, и первое впечатление от Высоцкого было вообще никакое. Но когда я въехал, дозрел! Как из человека перла энергия! Рыжий, маленький — и такой сильный и непредсказуемый! Такому жизнь и подбрасывала истории, чтоб он их спел, — и про войну, и про тюрьму. Поэтому он и был своим для очень разных людей. Кстати, мне рассказывали, что от природы голос Высоцкого был выше и чише, чем тот, что всем знаком по песням и фильмам. И что его фирменная вокальная подача была сознательно наработанной, не врожденной.

По поводу моего интонационного сходства с Медяником мне сказали: "Слава тебя услышит, он тебя не полюбит". А у самого Славы тембр и манера исполнения чья? Аркаши Северного! Учителя-то одни. Кстати, Слава — один из моих любимых исполнителей шансона с замечательным, богатым и по-жанровому манерным голосом.

Мне нравится и как автор, и как исполнитель Олег Митяев. Как вокалист, я бы сказал, вокалист с предъявой на номер один в русском шансоне, — Григорий Лепс. Очень люблю своеобразного, колоритного певца Федю Карманова. Он мастер характерной босяцко-паианской манеры исполнения. Нельзя не упомянуть загадочного человека Кучина — настоящего мастера. И конечно, Высоцкий, Северный, еще очень нравится Алеша Дмитриевич. Люблю творчество Вертинского, а из современников — Танича.

Я не любитель всевозможных тараканьих бегов и не хочу никого конкретно и поименно осуждать и обсуждать. Но факт — в нынешний шансон, в отличие от прежнего, поналезло кого ни попади, людей, элементарно не знающих ни предмета, ни эстетики, ни проблематики. Просто открылась кормушка, все в нее поперли, и теперь девяносто пять процентов людей и песен в жанре — лишние.

Совсем не обязательно петь о вертухаях, колючей проволоке и уголовно наказуемом геройстве. Петь стоит о людях, о судьбах. А там ведь тоже люди! V меня много песен об отношениях мужчины и женщины, романсов. В плане издания они на подходе. Песня должна быть убедительной, а тематика — вопрос десятый. А по поводу блатной среды могу сказать одну важную вещь — именно в этой социальной группе мне встречались люди, чьи жизненные принципы, взгляд на жизнь, представление о справедливости и милосердии, отношение к данному слову, обещанию заслуживают настоящего уважения.

Картины жестокости и цинизма окружают нас везде и повсюду. К примеру, еду я как-то утром по Ярославскому шоссе и вижу на дороге изувеченный, разорванный труп сбитого машиной человека, который жрет бродячая собака, кормится! Тот, кто сбил, скрылся. И все едут мимо по своим делам. Мы остановились, собаке этой: "Кыш! Кыш!" А какой там уже "кыш"...

Вышедший в этом году диск "Зима — лето" умышленно составлен из моих наименее тяжелых песен. Зачем грузить слушателей, они и так каждый по-своему загружены! Хотелось включить в альбом светлые, не лишенные надежды веши, такие, как та же "Прослезились дожди". Делал я этот альбом сам. Хотелось бы записать на хорошей студии с хорошими музыкантами, но, как говорится: "Нэма золотого запасу!" С другой стороны, то, что все партии, все аранжировки свои -это хорошо. Потому что я и к самому себе претензии имею, а к другому аранжировщику тем более имел бы. Я постарался преподнести свои песни так, как слышу их сам. Спето все было буквально за одну ночь. Кроме этого, изданного варианта, у меня имеются все эти песни в другой, джаз-роковой версии. Но она, я считаю, не для широкой публики, а больше для музыкантов. Кстати, во время работы над этим альбомом случилась, помнится, настоящая катастрофа — один товарищ нечаянно уничтожил в памяти компьютера все результаты моего четырехмесячного труда! Я был в таком отчаянии, что дня три после случившегося бухал. Потом где по памяти, где просто заново восстанавливал.

Олег Шведов-Туранов начал работать со мной на этапе, когда альбом "Зима — лето" был практически готов. Я очень рад, что познакомился и сотрудничаю с этим замечательным продюсером. V Олега есть чутье, вкус, опыт. Это видно на примере того же Жеки, в популярности которого есть реальный вклад Олега. Если дело автора-исполнителя писать и исполнять, то дело продюсера — продюсировать, пробивать стены. Олег Шведов свое дело знает.

То, что в недалеком будущем, видимо, осенью, выйдет еще один компакт-диск, это вопрос решенный. А вот каким он будет, до сих пор непонятно. Дело в том, что среди моих неизданных песен много и мягких, лирических, и очень жестких, есть цикл казачьих. Сейчас материала лежит на шесть альбомов. В каком настроении делать новый альбом, я пока не решил. Олег считает, что в него должны войти разные по настроению песни. Что в итоге получится, я пока и сам не знаю.

Концертная работа тоже во многом зависит от моего директора. Ездим, выступаем. Были вот в Нижневартовске, сейчас собираемся в Питер, который я очень люблю. Там особая публика, и шансон там слушают правильный, недекоративный. Столица более пресыщена и вальяжна в этом плане, больше снобизма. Выступать пока приходится под минус или просто под гитару, потому что финансовой возможности привлечь на постоянную работу живых музыкантов нет.

Главное желание — чтобы побольше простых людей, так называемых рядовых слушателей услышало то, что я пишу и пою, чтобы пришлось им по душе. И конечно, ничего, ни шагу нам не сделать без Бога, без его ведома.

ИДЕТ ЭТАП

На изрисованных морозом стылых стеклах 
Твоей ладони теплой остается след. 
Я арестован и судом в краю далеком 
Приговорен пробыть ближайших десять лет. 
Разлучены несправедливым приговором, 
Одной надеждой будем вынуждены жить. 
Коль окрестили человека люди вором, 
В петлю не прыгнешь, значит, так тому и быть. 
Теперь в объятьях цепких лагерного мира 
Мой разум стынет, превращая душу в лед, 
И только волчий взгляд седого конвоира 
Свинцом горячим мое сердце обожжет.
ПРИПЕВ:
Идет этап, стучат-стучат колесики,
Токуют глухари в тайге на просеке,
И песня каторжанская доносится,
Да решка не дает на волю броситься.
А на цепи голодный пес как дьявол бесится,
Конвой в догоночку шмальнет, не перекрестится,
Беда с тоской на узких нарах не поместятся,
А десять лет — это не год,
А десять лет — это сто двадцать долгих месяцев.

Ты не пытайся мне писать любовных писем -
Любовь придется, как окурок, затушить, 
От нас на этом свете мало что зависит -
Мне нужно выжить, а тебе — нормально жить. 
Тебя прошу — не надо дачек и свиданок, 
Я в темный угол загоню печаль и грусть. 
И не ходи меня встречать на полустанок -
Таким, как был, к тебе я больше не вернусь. 
Забудь меня — тебе и мне спокойней будет, 
Дай Бог, и ты найдешь того, кто сердцу мил. 
Жизнь — это каменный карьер разбитых судеб, 
Их тяжкий молот беспредела раздробил. 
ПРИПЕВ.

Дмитрий Легут
ШАНСОН. Вольная песня, №4, 2005


Комментарии

26.02.2009 18:51 Ирина Волянская
Очень достойный артист, поэт и музыкант.
09.01.2010 23:17 Михаил Кумов
Замечательный исполнитель! Желаю творческих успехов от благодарного слушателя!
02.04.2011 13:30 Ириша [Москва]
Очень нравится этот артист, его голос, манера исполнения, стихи и музыка. Редкий талант,настоящий шансонье!
23.12.2011 17:23 Екатерина
Прекрасный автор-исполнитель! Особенно нравится его песня "Рождественская"!
05.01.2012 23:43 Елена
Достойный представитель жанра! Его песни мелодичны, тексты актуальны, голос впечатляет!
05.01.2012 23:44
СУПЕР!

Оставьте ваше мнение

Имя
Email
Введите код 5532
vk youtube
РаШа FM

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой.
И нажмите Ctrl+Enter
Реклама


Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой. И нажмите Ctrl+Enter
Использование материалов сайта запрещено. © 2004-2015 Музей Шансона