Музей Шансона
  Главная  » Архив  » Заметки  » Эдуард Лимонов: Наташа ждала смерти

Эдуард Лимонов: Наташа ждала смерти

"А у них была страсть" — пожалуй, заголовок романа Медведевой точно обозначает то, что происходило между нею и Лимоновым целых 13 лет. Срок, с учетом двух писательских темпераментов, невероятно долгий. 06 отношениях со второй официальной женой Лимонов откровенно рассказал в своих книгах. Смягчать краски он не намерен и сейчас...

С 30 лет страдала алкоголизмом

Медведева и Лимонов были вместе 13 лет...
Медведева и Лимонов были вместе 13 лет...

— Эдуард Вениаминович, вы ведь не развелись с Медведевой. То есть могли воссоединиться?

— Нет. Мы прожили все, что могли. У нас до этого уже было две попытки начать сначала. Один раз, в 85-м, мы расставались на полтора года. А потом, в 88-м, я от нее уходил... А разводиться, очевидно, не было нужды — ни она, ни я не планировали больше расписываться. Думаю, наш брак был основным ее жизненным опытом: когда познакомились, Наташе исполнилось 24, а когда расстались — 37.

— Помните первое впечатление от нее?

— Сначала она мне не понравилась. Рост метр 79, крупная да еще коротко остриженная. Но общаться с ней все равно хотелось. Я попросил, чтоб нас познакомили в ресторане Лос-Анджелеса...

В Америку Наталья Медведева эмигрировала в 17лет. После встречи с Лимоновым стала писать — о том, что чувствовала, видела, переживала в родном Ленинграде и в эмиграции. Читать ранние книги Медведевой интересно и сейчас — наверное, потому что они искренни.

— Безусловно, она работала, глядя на меня. Когда пример рядом, это стимулирует. Я дал название ее первому роману — "Мама, я жулика люблю". Фактически после нашего расставания Наташа ничего значительного не создала. Безусловно, я оказал на нее огромное интеллектуальное и жизненное влияние. У Медведевой было немножко пассивное отношение к жизни, у меня же — всегда активное.

— Я знаю, что вы человек дисциплинированный. Наталья, по-моему, была другой.

— Можно и так сказать. Я рано вставал, садился за письменный стол, работал до упора, делал физические упражнения. Потом ел, потом гулял. Все у меня было четко. К сожалению, и в Париже (из США Лимонов и Медведева перебрались во Францию. — Н.К.) она все-таки хотела не зависеть от меня. Хотя мы могли скромно жить на мои деньги, она пошла работать в ночной клуб — сначала в "Распутин", потом в "Балалайку". Жила, конечно, по другому расписанию — приходила ночью, вставала поздно, к 10 вечера ехала на работу. В конце концов алкоголь сломил ее здоровье.

,strong>— Где Наталья приобрела эту привычку?

— Она работала моделью, пела в кабаках Лос-Анджелеса с 17 лет. Регулярно напивалась и была, конечно, дикой. В 88-м французский доктор констатировал алкоголизм. Он сказал, что излечению это не поддается, надо просто с этим жить. Наташа стала пить специальные белые таблетки — каждое утро открывала рот, чтобы я убедился, что она их приняла. Медведева не была запойной алкоголичкой, не пила каждый день. Но когда срывалась, рушились все моральные нормы. Думаю, Наташа еще достаточно успешно боролась с болезнью, поскольку много чего сделала — несколько томов книг, диски.

Загубил девку

Последние годы Медведева жила с гитаристом Сергеем Высокосовым. Ему посвятила роман "Мой любимый", который вышел в свет после ее смерти. По мнению Лимонова, эта связь оказалась для Медведевой губительной:

— Находясь с Сергеем, Наташа наверняка и героин употребляла, и все остальное... Однажды она мне звонила и спрашивала совета: "Мой друг — наркоман. Что делать?" "Здесь может быть два выхода, — ответил я, — нести свой крест либо немедленно, безжалостно выбросить его из своей жизни". Она выбрала первое.

— Медведева часто сетовала на безденежье в интервью да и в последней книге. Говорят, у нее не было денег на врачей.

— В книге есть дневниковые записи, где постоянно мелькают суммы денег, которые ее друг у нее либо выпросил, либо украл... Вина огромная лежит на нем, конечно. В судебном порядке этого не докажешь, но со своей совестью, если она у него обнаруживается, ему должно жить тяжело. Он загубил девку, что там говорить.

— Она и сама достаточно безжалостно к себе относилась...

— Это одно, но она не погибла, живя со мной — вот о чем речь. Ей хотелось напиться, уйти в зияющее небо. "Ты не даешь мне жить", — говорила она. Имелось в виду то, что каждый раз после запоя я запирал ее, никуда не выпускал, приносил безалкогольное пиво. Когда убеждался, что она в относительном порядке, начинал выпускать. Из-за нее я сам стал меньше употреблять — и когда хотел выпить, мне приходилось это делать на стороне. Я вообще далек от алкоголизма. Могу, правда, много выпить, но никаких проблем с этим делом у меня не возникало. Так что мне жить с ней и таиться было не очень комфортно. До 88-го во Франции мы пили вместе вино за обедом, эту алкогольную культуру я воспринял сразу, но в конце концов пришлось отказаться от этой привычки из-за Натальи.

— Поражало, что при всех проблемах с алкоголем она блестяще выглядела.

— Как это — блестяще? Она была чудовищна в последние годы, выглядела старше своих лет. Наташа отличалась красотой в 26 -27...

— Все-таки беспощадное отношение Медведевой к своей красоте меня поражало. Она могла бы дивиденды получать от этого...

— Какие? Выйти замуж за богатого?

... а закончила жизнь она с Сергеем Высокосовым, посвятив ему свой последний роман Мой любимый
... а закончила жизнь она с Сергеем Высокосовым, посвятив ему свой последний роман «Мой любимый»

— В том числе.

— Она бы его обложила матом через два дня. (Смеется.) В ней было слишком много страсти. Она была очень талантлива, но неразумна.

— А откуда у нее шрамы, ожоги, синяки на теле, о которых вы часто упоминали в своих книгах?

— Это следствие шальной жизни. У Наташи была наследственная болезнь крови — поэтому синяки долго не проходили. Однажды у нее полтора месяца заживала рана на ноге. Одна грудь у Наташи была обожжена: в ресторане кто-то вылил на нее кипяток. В общем, "боевых" ран она получила, как хороший вор: и ножевые ранения, и все такое.

— Она жалела, что у нее не было детей?

— По-моему, таких желаний она не проявляла. Хотя нерожавшие женщины в определенном возрасте жалеют, что у них нет детей. А те, кто родил, порой жалеют, что они есть.

— Вы хорошо знали ее семью?

— Отец Наташи умер, когда ей было два дня. Мать — медсестра. Простая женщина, из народа. Скорее светлого типа женщина. Высокая, как все они, со скуластым лицом. Она приезжала к нам в Париж и жила в том же доме, где мы. Но Наташа умудрилась напиться в ее приезд — в общем, были проблемы. Потом пару раз виделись в Петербурге. По-моему, мама и брат Наташи считают, что я не способствовал ее карьере как певицы. Но это глупость — как можно поспособствовать чьей-то карьере? И потом, человек должен сам завоевывать себе место под солнцем, свою репутацию. Она могла добиться успеха куда раньше — но запои вышибали ее из нормального режима. Карьера певицы требует огромной работы — надо вкалывать, быть точной, вести менеджмент. А Наташа срывала собственные проекты и проекты других. Альбом ее "Париж-Кабаре рюс" был впервые записан на "Радио Франс" — это сделала моя подруга, корсиканская девушка, буквально изнасиловав Наталью, чтобы она явилась в студию и все сделала, как надо. Так что, наоборот, я всегда ее гнал, заставлял.

Такая карма...

Медведева умерла во сне зимней ночью: остановилось сердце. О кончине бывшей жены писатель узнал, сидя в Лефортово, из новостей.

— Вы ждали такого ужасного конца?

— Я ничего ужасного с высоты своих почти 62 лет не вижу. Вот такая карма — талант, страсть и как следствие ранняя смерть. Она могла и раньше умереть. Наташа скончалась через сутки после того, как прокурор затребовал для меня 14 лет строгого режима. Думаю, на нее это произвело гнетущее впечатление. Это подтвердило самые худшие ее взгляды на картину мира. Она, как всегда, не хотела видеть жизнь в развитии. Ну, запросил прокурор, но ведь так и не добился своего — правда, это стало ясно через 2 с половиной месяца...

Слышал, в ту ночь она звонила брату в Ленинград и говорила, что жить так дальше не может. Считаю, это было самоубийство, если судить по ее последней книге "Мой любимый". Там есть чудовищные строки: "Смертушка, приди, забери меня". Ничего более страшного я не читал... В романе присутствует полное жизненное безумие, когда человек уже не понимает, где любовь, где ненависть, где хорошо, а где плохо.

Рано или поздно, думаю, Наташу сделают легендой. Весь ее облик, нехарактерный для России, но притягательный -это скорее западный типаж Дженис Джоплин, умершей от овердозы, Мэрилин Монро, наглотавшейся таблеток, и других трагических девушек. О них, конечно, хорошо читать и смотреть фильмы, но жить с ними дико тяжело... Хотя, безусловно, удовольствие от жизни с такой страстью — огромное, если понимать ее.

Прожила она столько, сколько надо было такого типа человеку. Если б прожила дольше, это повредило бы ее легенде. А убиваться о том, что умерла, — нет смысла. Как хотела, так и жила. И многое видела. Рано или поздно в российском пантеоне она займет пугающее, смертоубийственное, но одновременно великолепное место — и девочки будут пытаться походить на нее.

Надежда Келлер
Собеседник, май 2005


Комментарии

Оставьте ваше мнение

Имя
Email
Введите код 3991
vk youtube
РаШа FM

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой.
И нажмите Ctrl+Enter
Реклама


Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой. И нажмите Ctrl+Enter
Использование материалов сайта запрещено. © 2004-2015 Музей Шансона