Весь Киев спит, не спит одна тюрьма
Весь Киев спит, не спит одна тюрьма,
Тюрьма не спит, она давно проснулась.
А на душе сегодня тяжело,
Как будто пламя к сердцу прикоснулось.
Идешь гулять, а на тебя кричат,
Ты к этой брани дикой привыкаешь,
И по привычке, руки взяв назад,
Глаза невольно в землю опускаешь.
Но если ты в строю заговоришь,
Тебя из строя выдернут клещами,
А поздним вечером, ты так и знай,
В холодный кичман заберут с вещами.
И если ты семь суток отсидел,
Придешь из кичмана усталый и голодный.
И твой товарищ, что с тобой сидел,
Предложит ужин свой, совсем холодный.
Но ты невольно скажешь: "Не хочу!",
Хотя семь суток очень голодаешь.
Ты ляжешь спать, укрывшись с головой,
Сделаешь ты вид, как будто засыпаешь.
Весь Киев спит, не спит одна тюрьма,
Тюрьма не спит, она давно проснулась.
А на душе сегодня тяжело,
Как будто пламя к сердцу прикоснулось.
| 
