141. Граф Загулин (ч. 10 - Эпилог) (Галина К.)
142. Граф Загулин (ч. 4 - 5) (ст. Галина К.)
143. Граф Загулин (ч. 6 - 7) (ст. Галина К.)
144. Граф Загулин (ч. 8 - 9) (ст. Галина К.)
145. Граф, графиня и Петрова
146. Графиня (сл. Д. Кимельфельд)
147. Грев
148. Гренадёры (М. Михайлов)
149. Грех тяжкий
150. Грешна ли... (Сл. Александр Мичков/муз. Александр Павлов)
151. Гроза (ст. Евгения Грязнова)
152. Грозы вешние (Сл. Вячеслав Томенко/муз. Ольга Куликова)
153. Грустная рапсодия (автор Ирина Товмосян)
154. Грусть моряка
155. Губ твоих накрашенных малина
156. Губ твоих накрашенных малина
157. Губ твоих накрашенных малина (2-й вариант)
158. Губки бантиком
159. Гудермес (армейская)
160. Гудки тревожно загудели

Граф Загулин (ч. 10 - Эпилог)
(Галина К.)

          10
Пригублю я тоже чарку
И продолжу свой рассказ,
Девки голые вповалку
Спят - похабство напоказ.

В завиточках блохи скачут.
Кот тоскует на полу.
Девки пьяные, а значит,
Не откажут никому.

Жарко. Девки запотели.
Молодые. Самый сок.
Подходи, кто в этом деле
Знает вкус и знает толк.

Камердинер рот раззявил,
Но он ё...ь никакой.
Между тем чета хозяев
Удалилась на покой.

До постели друг сердечный
Нёс Аглаю на руках.
Постоим и мы со свечкой
И посмотрим - что и как.

На пуховую перинку,
На дубовую кровать...
Сам ей ноженьки раздвинул,
Приказал Косима звать.

Миг прошёл. Косим - уж вот он!
Только скрипнуло крыльцо.
Пахнет кучер конским потом,
Застоялым жеребцом.

И, запутавшись в нарядах,
Заспешил, Косим, кружа.
А графиня так и рада,
Только губоньки дрожат.

Взглядом граф его одобрил.
Кучер молвил: "Ё - моё!"
И, достав свою оглоблю,
Ввёл до самых до краёв.

- Не суди, граф, коль угроблю.
Велика твоя цена.
Но Аглаина утроба
Вся как роза расцвела.

Целовал Косимка груди,
И Аглая стала плыть...
О! Косимка не забудет!
Будет внукам говорить.

Граф курил кальян. Дивился:
"Вот работа на заказ!"
И у графа пробудился
Змей трёхглавый - в самый раз!

Только барыня строптива.
Показать охота прыть.
По-французски рот открыла -
Змея хочет проглотить.

С белых ляжек сок закапал,
Да испаринка меж губ...
Только змей не лез нахрапом,
Тёрся возле и вокруг.

И Аглая змея мучит.
Хочет крикнуть: "Караул!"
Вот и сдался гад ползучий,
Прямо в логово нырнул.

Всё увидел. Всё подслушал
Ваня - верный их холоп.
Быстро сбегал на конюшню,
Серп и молот приволок.

Нехорошее замыслил:
"Всех изрежу на ремни!"
Ведь холоп всегда завистлив,
Хоть услужлив, но ревнив.

Поплевав в ладони, ахнул
Изо всех холопских сил.
Млатом он ударил графа,
А графине серп вонзил.

Первый был удар удачен.
И второй удар - как раз!
Ване каторгу назначат.
И... кончается мой сказ.

Прежних графов нет в помине.
Их поместья разорят.
Но в почёте и поныне
Серп и молот в Бондарях.


     Эпилог.
Ах ты, Русь,- страна лихая!
Вечный бунт и непокой.
Девки плачут, воздыхая,
Над супружеской четой.

Всё почистили, помыли,
Среди дворни пересуд.
Кони бешеные в мыле
Весть печальную несут

До Москвы, столицы нашей,
От тамбовского села.
И уже с кремлёвских башен
Глухо бьют колокола.

Чем пропасть от рук холуя,
Лучше встать на эшафот...
Генерал-аншеф такую
Весть навряд переживёт.

Сам аншеф от слёз ослепнет,
Сгинет в ночь - и был таков!
В Бондарях в фамильном склепе
Схоронили голубков.

Не захватчики - татары,
Добрым чувствам вопреки,
Всю на брёвна раскатали
Ту усадьбу мужики.

Сам Косим, ушёл в запои,
На себе рубаху рвал,
Что, мол, в графские покои
Он с оглоблею нырял.

И, штаны, спуская, мерил
Ту оглоблю напоказ.
Но ему народ не верил,
Потешался всякий раз.

Графским змеем Ваня бредил,
Зад вилял из-под полы...
Взяли Ванечку в железо
Да в стальные кандалы.

Взяли Ванечку в железо -
Все браслеты на руках.
Так и сгинул он, болезный,
На свинцовых рудниках.

Революцией крещённый
Русский люд - без дураков!
Ваня трижды отомщённый
Кровью бар и кулаков.

Не поруганный, не клятый
В бронзу звонкую отлит
В Бондарях с рукой поднятой
Ванин памятник стоит.

И у нас народ послушный
Сыпал золото в навоз,
Потому стоит Ванюша -
Коммунист, а не прохвост.

     КОНЕЦ.