Музей Шансона
  Главная  » Архив  » Заметки  » Нательная живопись

Нательная живопись

Татуировка была, есть и будет. Еще Чарльз Дарвин писал, что ни один народ не прошел мимо культуры татуировки. У первобытных народов она имела прикладной характер. Например, на Крайнем Севере эскимосы и чукчи покрывали татуировками свое тело от пяток до затылка. По мнению этнографов, она спасала кожу лица и рук от обморожения. Кстати, и по сей день многие рыбаки, выходящие на морской промысел, обильно украшают кисти рук татуировкой. Это предохраняет их не только от холода, но и от разъедающей кожу морской воды. Рыбаки считают, что не будь татуировок, через неделю все их руки покрылись бы волдырями.

Некоторые врачи-косметологи всерьез говорят, что там, где есть татуировка — никогда не будет раздражения кожи. Кстати, она спасает не только от раздражения. Был случай, когда трое человек занимались "группенсексом" с одной проституткой. После этого двое из них заразились сифилисом, а третий, у которого весь член был в наколках, — не заразился.

В свое время татуировка была в моде у представителей высшего света. Даже коронованные особы не минули этого увлечения. Петр I, как истинный моряк, сделал себе наколку. Императрица Екатерина Великая, по слухам, имела татуировку в самом интимном месте. Последний русский царь Николай II тоже отдал дань моде — на его спине был выколот роскошный цветной дракон.

Сегодня мода на татуировки снова возрождается. Во всех крупных городах России работают салоны тату. Однако желающим украсить свою кожу красивым рисунком следует помнить, что перед тем как выбрать татуировку, следует подумать -стоит ли ее себе накалывать? За ошибку в выборе татуировки у нас можно поплатиться даже жизнью.

Дело в том, что существуют так называемые блатные татуировки, которые несут определенную информацию о ее владельце. Один юноша выколол понравившуюся ему картинку — черта, раздевающего женщину. На уголовном языке это означает, что владелец татуировки "петух" — пассивный гомосексуалист. Когда парню не повезло, и он загремел за решетку, легкомысленное отношение к наколке обошлось ему очень дорого.

В нашей газете мы хотим рассказать о наиболее распространенных зековских татуировках, и о том, какую информацию они несут. Первый наш рассказ о "перстнях".

Фото Их увидишь сразу, как только человек, отбывший наказание на зоне, поздоровается с тобой за руку. Татуировка расположена на фалангах пальцев там, где люди носят кольца и перстни. Изображенная внизу татуировка называется — "Был у хозяина". Эту тату обычно наносят еще в СИЗО, и уж наверняка — на зоне. Впрочем, ее часто накалывает приблатненная молодежь, поэтому нельзя на сто процентов быть уверенным, что владелец ее "мотал срок".

Большинство исследователей склоняются к тому, что родина искусства тату — Полинезия. Даже само слово "татуировка" произошло от полинезийского "тату" ("рисунок"). Из европейцев первыми с "нательной живописью" познакомились моряки. За связку бус или зеркальце туземцы охотно расписывали всех желающих с головы до ног. Появление ходячих "картинных галерей" в Старом Свете вызвало настоящий фурор. Некоторые "морские волки", оказавшись не у дел, зарабатывали себе на жизнь тем, что за деньги демонстрировали свое тело публике на ярмарках.

Первыми освоили индустрию тату предприимчивые парижане. Именно там, в столице Франции, были открыты первые салоны татуировок. Мастера тату пользовались собственными технологиями и красками, которые тщательно скрывали от конкурентов.

Но криминальная татуировка вышла не из парижских салонов. История ее другая. Предшественниками воровской наколки стали клейма, выжигаемые на теле преступника руками палачей. Все помнят, сколько неприятностей доставило Миледи клеймо в виде цветка лилии, выжженное на ее прекрасном плечике. С мужчинами европейские палачи поступали еще более жестоко — клеймо наносилось на лицо преступника.

В России тоже клеймили осужденных. На лбу российского каторжанина выжигалось слово "ВОРЪ". С начала XVIII века преступников стали метить не каленым железом, а специальными пластинами с иглами: палач накладывал их на то место, которые следовало заклеймить, после чего ударял по ним кулаком или каким-нибудь увесистым предметом. В получившуюся ранку втирали черный порох. Крупинки его, попадая под кожу, оставались там навсегда, придавая клейму бурый цвет. Такую татуировку уже было невозможно удалить. С начала XIX века в качестве красителя стали использовать смесь охры и чернил.

Со временем и сами уголовники стали делать татуировки, сделав их своего рода "фирменным знаком" преступных сообществ. В конце XIX века воровские наколки были распространены среди каторжников Сахалина, криминального мира Санкт-Петербурга и Москвы. Татуировка имела скрытый смысл и указывала на принадлежность к определенной преступной группе или воровской "профессии". Это помогало ее обладателю быстрее установить контакт с "коллегой" по "масти".

Со временем наколка стала для уголовника своего рода документом, который невозможно было украсть или потерять. По татуировкам можно было узнать криминальное прошлое ее обладателя, число судимостей, отбытый срок, воровскую "масть", склонности, характер, сексуальную ориентацию, ранг в уголовной иерархии. Как всегда, Россия в этом отношении оказалась "впереди планеты всей". Ни в одной стране мира уголовники не были так "расписаны", за исключением, может быть, японских якудза и членов китайских триад.

Существует несколько способов нанесения татуировки. Лучшим красящим веществом считается китайская тушь. Но на зоне ее достать практически невозможно. Чаще всего для наколок используют пасту шариковых ручек или самодельную тушь, изготовленную из смеси сажи, сахара, пепла и мочи. Инструментом нанесения рисунка в тюрьме или СИЗО обычно служит спичка, к которой нитками привязаны две-три иглы. В качестве подручных средств используются также скобы тетрадей или книг, заточенные о бетонный пол или стену.

В колонии чаще всего для нанесения татуировки применяются специальные "штампы"(доски, в которые по контуру рисунка вбиты иглы). Используются и средства "малой механизации". Механические бритвы переоборудуют в своего рода "швейную машинку", с помощью которой лагерный "мастер тату" наносит на кожу клиента сложные рисунки, настоящие произведения зековского "искусства".

Продолжаем рассказ о зековских "перстнях", начатый в прошлом номере нашей газеты. Есть наколки, которые по доброй воле не сделает себе ни один арестант. Это "позорные перстни", которые наносятся их владельцу насильно.

Фото1 Человеку с такой наколкой ни один нормальный зек не подаст руку. Это татуировка "петуха" (пассивного педераста). Чтобы отличаться от "чистых" сидельцев, "петухам" наносят особые наколки.
Фото2 Немногим отличается от "опущенного" заключенный, причисленный к "чушкам". С ним также "западло" иметь дело, брать из его рук что-либо. Но все же "чушок", по сравнению с "петухом", стоит на ступень выше лагерного "табеля о рангах".
"Шестерка" — заключенный, тоже не пользующийся уважением среди других "мастей". Но все же это не "петух" и не "чушок". Чаще всего "шестерок" используют в качестве слуг авторитетные зеки.


«За решеткой», №2-3, 2002


Комментарии

Оставьте ваше мнение

Имя
Email
Введите код 7168
vk youtube
РаШа FM

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой.
И нажмите Ctrl+Enter
Реклама
Loading...

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой. И нажмите Ctrl+Enter
Использование материалов сайта запрещено. © 2004-2015 Музей Шансона