Музей Шансона
  Главная  » Архив  » Заметки  » «Поспели вишни» в саду у дяди Гриши

«Поспели вишни» в саду у дяди Гриши

Григорию Евгеньевичу Гладкову было 18 лет, когда он, ученик слесаря на Южнотрубном заводе, сочинил песню "Сельские мотивы". Стихами и сатирическими куплетами под гитару он баловался еще в школе, исполнял их не без успеха на праздничных вечерах, и "Мотивы" были вполне заурядной самодеятельной песенкой из этого же ряда.

Урожай черешни в 1968 году в Никополе был исключительный. На Саратовской улице, где проживали Гладковы, их соседкой была тетя Груня, у которой в свою очередь была любовь с дядей Гришей. Они ходили мыться семейственно, вместе, что до сих пор в обычае на юге России. Помывки происходили в бане на окраине Никополя, в районе, называвшемся почему-то Расчеган. Отсутствием немолодой, но страстной пары очень соблазнительно было воспользоваться, но Гладков до сих пор клянется, что черешню (которую для укладки в размер назвал вишней) он сроду не воровал. Когда он спел "Сельские мотивы" своей маме, первой и наиболее доброжелательной слушательнице, она даже испугалась: вот, подумают теперь, что ты с Петькой обокрал Груню. Начнутся неприятности. А, сказал Гриша, ладно, мало ли Грунь. Но на всякий случай перенес действие в колхоз, а соответственно колхозной сделал и баню. Впоследствии Гладков поступил в медицинский институт в Днепропетровске, а там в спортлагере затеялся КВН, еще не упраздненный. На этом КВНе он спел свои "Поспели вишни" — просто так, без особой надежды на успех, — но песня почему-то вызвала общий восторг. Ничего в ней особенного нет, а между тем во всех молодежных компаниях восьмидесятых, где я так или иначе вращался, ее пели вовсю, дружно хохоча.

Объяснение могу предложить следующее: еще со времен пушкинской "Вишни" сбор вишен ассоциировался с чем-то неприличным. То есть подтекст такой, что не просто вишни они там собирали, а девок тискали или еще что-нибудь, пока дядя Ваня с тетей Груней занимаются вещами столь же приятными и полузапретными, типа у каждого своя свадьба.

Короче, песню эту услышал Владимир Евдокименко, который учился в том же меде на пару курсов старше. Он по вечерам поигрывал на гитаре в порядке заработка на эстраде местного ресторана "Красный коралл". "Вишни" очень быстро стали хитом в Днепропетровске, вероятно, многим нравилось их воровать. А у Евдокименко в свою очередь был друг Евгений Семенов, который выезжал лабать в Магадан. Там можно было правда, в чудовищных погодных условиях — очень быстро срубить сумасшедшие деньги, пропиваемые местными золотодобытчиками в ресторанах. В Магадане их услышал Шуфутинский, лабавший в ресторане "Северный". Вместо Расчегана он поставил Марчекан — название магаданского района, где баня была, конечно, не колхозная (да и вишен отродясь никаких не росло).

Гладков только в семидесятые годы прочитал в какой-то из центральных газет возмущенную статью о том, что на провинциальной эстраде царствует пошлость и все поют про какие-то краденые вишни. Это его изумило до чрезвычайности — сам он для распространения песни пальцем о палец не ударил. Хит, однако, триумфально шествовал по стране, а врач Гладков как работал себе на двух ставках — в городе и в санатории, так и продолжал тянуть эту лямку вплоть до самого последнего времени, не получая ни копейки авторских. Шуфутинский в силу известных обстоятельств перекочевал на далекий Бродвей, где продолжал воспевать предприимчивость Григория и Петьки. Потом он вернулся и заехал в Днепропетровск, где Гладков пришел к нему за кулисы признаваться в авторстве.

Шуфутинский обомлел. Он понял, что сейчас с него потребуют страшные деньги, но ничего подобного не произошло. Гладкову хотелось лишь зафиксировать свое авторство.

В конце концов он обратился на Радио "Шансон", и там им заинтересовались. Он спел "Вишни", на него поглядели, как на раритет, пригласили в несколько жюри — то есть придали статус классика жанра, а потом предложили записать альбом. Только фамилию, сказали, выбери другую. Мало того, что один композитор Гладков уже прославился на весь мир "Бременскими музыкантами", так есть еще и Григорий Гладков, автор "Пластилиновой вороны" на стихи Успенского. Возьми сценический псевдоним — девичью фамилию матери. Девичья фамилия оказалась красивая, и свой первый (пока) альбом Григорий Гладков записал под псевдонимом Лиханский.

Медицинскую карьеру он к тому времени забросил и стал подвизаться на днепропетровском рынке — сначала в качестве торговца, а потом, обнаружив у себя коммерческую жилку, дорос до директора. В канун тридцатипятилетнего юбилея песни, в 2003 году, директор рынка торжественно получил авторские права на свой шедевр и теперь показывает их всем интересующимся. А в Сочи, Одессе и на Брайтоне по-прежнему поют неувядающий народный хит об экспроприации экспроприаторов:
— А ты, Григорий, не ругайся, а ты, Петька, не кричи,
А ты, с кошелками, не лезь поперед всех. (Куды ж ты прешь ?!)
Поспели вишни в саду у дяди Вани,
А вместо вишен теперь веселый смех,
Хо-хо-хо-хо!

А вот прочие песни Гладкова, невзирая на высокие художественные достоинства, в народ не пошли. Хотя среди них есть и прекрасная баллада об украинском языке — о том, как сбылась мечта Тараса и Украина стала независимой. И несколько очень смешных пародий на современные шлягеры. То ли прошли времена, когда песня могла уходить в народ — и уходит туда только то, что вдалбливается день и ночь по телику, то ли написать народную песню не так просто. И должна она в себе сочетать лирическую картину летнего вечера, тихого розового вечера, и ехидную радость от мысли, что жадность всегда пасует перед молодым аппетитом.

Дмитрий Быков
«Собеседник», №20, 2004


Комментарии

Оставьте ваше мнение

Имя
Email
Введите код 8241

vk rutube youtube

Аркадий Северный
Алексей Стёпин
Геннадий Тимофеев
Вилли Токарев
 Трофим
Виктор Тюменский
Кира Хабарова
Владимир Черняков
Александр Шапиро
Михаил Шелег

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой. И нажмите Ctrl+Enter
Использование материалов сайта запрещено. © 2004-2015 Музей Шансона