Музей Шансона
  Главная  » Архив  » Заметки  » Язык татуировок

Язык татуировок

Толковый словарь определяет татуировку как «нанесение на тело рисунков накалыванием и втиранием под кожу красящих веществ». Слово «татуировка» пришло к нам из Полинезии. Обитающие там племена широко применяли раскраску тела много веков назад, чем поразили первых европейцев-колонизаторов. Полинезийцы верили, что нательная живопись способна отогнать злых духов и принести удачу.

Многие современные поклонники татуировок также верят в их магическую силу. А вот представители криминального мира с помощью изображений на коже заявляют о своих преступных подвигах и, как следствие, месте в бандитской иерархии.

Расписная азбука

Впервые с искусством художественной росписи по телу я встретился в бане, которую так любил мой отец. В пятницу он крепко брал меня — 7-летнего пацана — за руку, а через десять минут мы оказывались в огромном зале, заполненном голыми моющимися мужиками. Один из визитов в чистилище поразил меня появлением группы мужчин, чьи тела украшали невиданные картинки. У высокого брюнета на ягодицах синенький человечек кидал уголек. Причем при ходьбе он действительно начинал махать лопатой, и уголь летел с одной ягодицы на другую. У лысого толстяка на груди красовался черт, обнявший голую красотку, а хлипкий блондинчик и совсем поразил меня: на головке его огромного члена был выколот портрет вождя мирового пролетариата. Я во все глаза смотрел на эти чудеса, а блондинчик ухмыльнулся, подмигнул и процедил:

— Что, пацан, не видел такого?

Я замотал головой, а обладатель картины расхохотался и направился в парную. Позже отец объяснил мне, что татуированные дяди какое-то время находились в доме, окна которого были украшены решетками. Назывался этот домик тюрьмой, а рисунки на теле — наколками.

В России наколки появилась более сотни лет назад. К 1930-м годам они стали непременным атрибутом воровской культуры. Вошли в моду татуированные перстни на пальцах, купола на груди, цифры в рамочке из колючей проволоки, указывающие число ходок на зону и статьи УК, по которым мотал срок конкретный зек. «Расписной азбукой» называли представители власти этот новый вид народного искусства. Почти тогда же появились первые исследования нательной живописи. Криминалисты склонялись к тому, что наколки стали своеобразным тайным языком, доступным для понимания коллегам по воровскому ремеслу. А вот для лохов, фраеров и прочих граждан подобные рисунки оставались тайной за семью печатями.

Следует отметить, что мода на различные аббревиатуры, присущая официальным структурам, поразила и мастеров наколки. Они изобретали свои оригинальные слоганы, расшифровку которых знал только носитель и немногие посвященные. К примеру, в 1950-е годы стали модными портреты любимых женщин и буквы «ЖМИЯВ», Это не совсем благозвучное сочетание оказывалось первой строчкой знаменитого военного стихотворения К.Симонова: «Жди меня, и я вернусь». Плечи и руки зеков украсили также изображения представителей животного мира. Кот расшифровывался как «коренной обитатель тюрьмы», а барс призывал: «Бей актив, режь сук». Попавшие на зону в результате женского коварства выкалывали конкретную стерву, распятую на кресте. Этим они выражали свое отношение к обидчице и желали ей страшных мук и лишений. Часто спину зека украшала тщательно исполненная Богородица с младенцем на руках, что расшифровывалось весьма просто: «А кто не без греха?» Также считалось, что изображения святых и политических вождей несут функцию оберегов. Приговоренные к расстрелу и имевшие на груди изображение И.В.Сталина или В.И.Ленина верили, что в самый последний момент их помилуют. Не стрелять же, в самом деле, в головы вождей мирового пролетариата.

Некоторые зеки позволяли себе только наколки эротического содержания. Известный вор-карманник 70-х годов Петр Жигунов украсил грудь, спину, живот, ноги, ягодицы наиболее употребительными сексуальными позами, что вызывало неизменный жгучий интерес на зоне. Взглянуть на Петечку приезжали даже высокие чины из других колоний. Благосостояние Жигунова стремительно росло за счет любопытных зеков, которые несли ему чаек, сигареты, печенье, фрукты и прочие зонные дефициты.

Опущенным выкалывали петуха и буквы «ОНЗ», что означало: «Опущен на зоне». Помечали определенными символами и тех зеков, которые сотрудничали с администрацией. Раскрытому информатору, регулярно снабжавшему кота (начальника колонии) информацией о настроениях и намерениях зеков, вполне могли украсить лоб словечком «Стукач». Это клеймо ему приходилось носить всю жизнь.

Таким образом наколки являлись мощным источником информации о конкретном зеке, его характере, наклонностях, манерах и зеркалом преступной биографии.

Помогали татуировки и представителям администрации колонии. Уже на медицинском осмотре те получали прекрасную возможность оценить подвиги вновь прибывшего и степень его опасности.

Знаки отличия

Популярными среди почитателей тату были и портреты любимых женщин, которые остались на свободе и которым предстояло ждать своего дружка. Если же дама сердца обрамлялась «колючкой», то это означало, что и она находится в местах не столь отдаленных.

После Великой Отечественной войны сформировался класс воров в законе. Известно, что сами тюремные власти инициировали процесс коронования, чтобы получить жесткую иерархическую систему, при которой криминальные авторитеты управляли зонами и держали в страхе других зеков. Вор в законе, как правило, держал общак, распределял денежные суммы, не забывая, естественно, себя. Он же, оказавшись на свободе, собирал сходняки, на которых решались важные текущие вопросы.

Вполне естественно, что авторитеты захотели иметь знаки отличия, а потому появились наколки в виде погон, звезд, крестов и так далее, указывающих на степень авторитетности того или иного вора в законе. Коронованный зек получал право на соответствующую татуировку. Мастер с особым пиететом исполнял ответственный заказ и наносил на подключичную область героя восьмиконечную звезду беспредела. Она говорила о большом и интересном криминальном прошлом владельца наколки. Вор в законе пользовался большим авторитетом как на воле, так и на зоне. Он окружал себя свитой, свято соблюдал неписанные правила воровского кодекса, умел постоять за себя и ни при каких обстоятельствах не шел на сотрудничество с администрацией. Поначалу ворам в законе даже запрещалось вступать в брак, иметь семью, детей, но в последние годы эти правила не соблюдаются.

Постепенно сложился и тату-этикет, когда прибывшего на зону новенького ждал обязательный вопрос: «За наколки отвечаешь?» Если тот не мог подтвердить законность своих наколок, его ждала жестокая экзекуция, после чего избитого в кровь (а зачастую — опущенного) зека обязывали любым способом избавиться от халявной татуировки. Вот и приходилось бедолаге вытравливать въевшуюся тушь или срезать тату вместе с кожей. Что говорить — операция болезненная и небезопасная. Известны случаи, когда зек получал заражение крови и расставался с жизнью за свою глупость.

Особое внимание на зоне привлекают наколки, указывающие, что прибывший — обиженный. По криминальной этике такой зек должен сам заявить о своем статусе, предъявить тату, попросить отдельную посуду и занять соответствующее место у параши. А вот Кольщик (так называют мастера художественной росписи по телу) всегда занимал на зоне привилегированное место.

Жестокая расправа

Квалифицированного кольщика обычно заваливают подарками и подношениями, ему оказывают знаки внимания. Хотя нанесение тату за решеткой строжайше запрещено, этот запрет регулярно нарушается. Кольщики любыми способами стремятся заполучить инструменты и реагенты, необходимые для художественного процесса. Зачастую в качестве машинки мастер использует обыкновенную механическую бритву.

Оснащенный соответствующими дополнительными аксессуарами этот незамысловатый инструмент способен творить чудеса в опытных руках мастера. Когда колыцик работает, остальные зеки с благоговением наблюдают творческий процесс. Убийство кольщика считается тяжким и жестоко караемым грехом. В 1970-е годы сокамерники задушили зека Игоря Волкова за то, что он затеял ссору с колыциком Виктором Ветровым и воткнул тому заточку в печень.

Благодарные зеки расплачиваются с мастером чаем, сигаретами и спиртным, то есть теми товарами, которые особо ценятся на зоне и являются своеобразной валютой. Не побрезгует исполнитель и денежными знаками, тем более что их легко обратить в конкретные блага.

Порой нехватка стерильных ингредиентов, антисанитарные условия приводят к тяжелым последствиям для клиента. Известны случаи, когда возымевший желание обрести наколку оказывался в морге.

Армия — еще одно место, где наносятся наколки. Зачастую их исполняют люди, не знакомые с воровским этикетом. Потому невинные с виду тату приносят обладателю много неприятностей. Особенно, если носят компрометирующий характер. Известен случай, когда отслуживший два года Виталий К. пошел в баню с друзьями своего брата, бывшими зеками. В раздевалке те и узрели пикантную наколочку, говорившую, что Виталий — обиженный. Сам недавний служака и не подозревал об этом. В ответ на подначки и оскорбления он затеял драку, в ходе которой получил три проникающих ножевых ранения в брюшную полость и скончался от потери крови. Знай Виталий, что наколка несет такую информацию, он вряд ли подставил тело под машинку армейского дилетанта.

В наше время значение наколок несколько потеряло свою важность. Молодые зеки выкалывают нетрадиционных чертей, экзотических чудищ, инопланетян. Авторитеты криминального мира (они же хранители традиций) относятся к этому иронично и критично.

— Приличный вор черта никогда не наколет ворчат адепты воровского этикета.

КСТАТИ

В последние годы появилась мода на иероглифы. Поэтому мастерам тату приходится изучать китайский язык. Фото наиболее интересных, неординарных, художественно исполненных наколок становятся экспонатами специализированных музеев. Богатую коллекцию имеет музей, расположенный в известной питерской тюрьме «Кресты». Отдал дань народному творчеству и воспетый Михаилом Кругом «Владимирский централ». Его сотрудники собрали интересную коллекцию народной телесной росписи. Так или иначе, но древнее искусство наколки продолжает успешно развиваться несмотря на стремительные изменения, происходящие в стране и в мире. Возможно, через много лет ученые будущего будут изучать теперешние нравы и по наколкам, которые являются неотъемлемой частью криминального мира.

Владимир Седов
ВНЕ закона, №39, 2007


Комментарии

26.07.2009 14:24 саркис [cebactyan@ya.ru]
ну так то норм

Оставьте ваше мнение

Имя
Email
Введите код 8912
vk youtube
РаШа FM

Ошибка в тексте?
Выделите ее мышкой.
И нажмите Ctrl+Enter
Реклама


Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой. И нажмите Ctrl+Enter
Использование материалов сайта запрещено. © 2004-2015 Музей Шансона